открытие водяного пути в Индию). Сенат отправил Бековича, исполнив в точности повеление Петра».
Он упомянут Пушкиным по связи с Индией, но не более. Так кто же он?
Полное имя назначенного Петром этого командира военной экспедиции: Девлет-Киздень-Мурза, по крещении же стал именоваться Александром Бековичем-Черкесским. Был кабардинским князем и капитаном Преображенского полка (особый полк – царский). Для похода в Индию с исполнением воли царевой ему доверили огромной войско: 4000 солдат с офицерами, 2000 яицких и гребенских казаков и 100 драгун; нескольких морских офицеров, двух инженеров и двух купцов.
Славна его жизнь, отданная интересам России в Азии. Но закончил ее драматически – был убит именно в путешествии в 1717-м жестоко и вероломно.
Стоит заметить, что Пушкин обозначил возможность такого исхода в тех местах, куда устремились россияне: «На отдаленных границах Персии, близь Индии, кочевал дикий и воинственный народ…»
Замечу: подвиги Бековича заинтересовали известного с 60-х годов прошлого века остросюжетного писателя Юлиана Семенова и он в соавторстве с А. Горбовским написал очерк «Между Каспием и Аму-Дарьей» для книги «Без единого выстрела. Из истории военной разведки» (1983 г.).
1717. Посещение Петром Голландии. Пушкин заметил: «24-го (июня) с царицей ездили к Ост-Индскому флоту, за 5 миль от Амстердама…» Эта запись Пушкина, как установил известный ученый Ю. Лотман, не просто впоследствии подверждается Ломоносовым в тех записках, которые он готовил для Вольтера, но и вносит новую красочку: «Как простой плотник (царь Петр.-В. О.) нанялся в Голландии в Индийскую Компанию и не пренебрегал с топором в руках…» Можно догадаться, чего царь мог наслушаться об Индии на «индийской» верфи.
Бекович снова у Пушкина с датой 1718 года: «На пути Бекович получил указ царский об отправлении купчина через Персию в Индию» Дальше записи о страшной беде: «Все россияне были захвачены или умерщвлены. Бекович и Франкельберг погибли. Хан хивинский послал к хану Бухарскому голову несчастного Бековича, хвалясь, что избавил себя и своего соседа от опасного врага».
1722. Пушкин находит новое упоминание Индии в «персидских» бумагах по связи с бунтом каких-то племен: «Шамаханского хана убили, также всех индийских, персидских и русских купцов (последних 300 человек)».
Идут также записи о посещении Петром Астрахани и Дербента в сопровождении Федора Ивановича Соймонова. Запомним для дальнейшего чтения имя этого моряка, на которого обратил внимание сам царь. Но почему обратил? Он два года возглавлял работу по описанию западного и южного берегов Каспия.
1723: «Петр сверх города при Куре думал завести еще пристань в Астрабате для торгов с Хоразанью, Бухарой, Самаркандом и Индией». Вторая запись Пушкина – внимание: здесь подтвержден факт замысла царя и адмирала Вильстера: «Отправил (тайно?) к индийскому моголу в Бенгалию вице-адмирала Вильстера, капитана Мяснова и капитан-поручика Кошелева…»
1725. Пушкин запечатлел, что 1 января «Он (Петр) назначил Беринга (капитана) для открытия пути в восточную Индию через Ледовитый океан». Через 27 дней царя не стало.
Чего не знал Пушкин. Василий Ключевский (1841–1911), выдающийся историк. Он дополнил запись Пушкина о посещении Петром голландских верфей и даже кораблей Ост-Индского флота. Чем же завершилось? «Русские матросы ездили учиться в Голландию, а оттуда плавали в обе Индии и в другие государства, по выражению князя Куракина, “по всему свету рассеяны были”».
Особо о поручике Алексее Кожине. Узнаем же доподлинно какое ему задание от царя через Бековича: «Бы ехал в Ындею, примечая реки и озера и описывая водяной и сухой путь, а особливо – водяной к Ындеи».
Был и Указ – царь поручику (!): «Делать карту». Еще задание: «Осмотреть. какие товары, а особливо пряные зельи и протчее. что идет из Ындее». В завершении шло: «Протчее, чего здесь и не описано, а в чем может быть интерес государства. смотреть и описывать».
Через месяц Кожину новое – вдогонку – предписание Петра: «Когда будешь в Ост-Индии у Могола, купи довольное число птиц больших всяких, а имянно струсов, казеариусов и протчих, также и малых всяких родов, также зверей всяких же родов, а больше малых всяких же родов, и привези с собой бережно».
Поход готовился обстоятельно. Вот свидетельство царю от Бековича: «Порутчику Кожину дано из Сенату на товары 5000 рублев; ему и товарыщем, которые будут с ним в том пути, на проезд 1000 рублев, как в. в-во изволит, которые знают путь тот, сказывают на проезд одной 1000 будет мало и товаров кажется малое число, от лица вашего посылаются в дальнее государство и главное, чтоб не было и ему какого подазрения, и чем бы мог возвратиться назад». Затем две царевы дорожные Грамоты.
Первая шаху Персии – известил о проследовании через его земли «от нас, великого государя от нашего царского величества, купчины Александр Иванов сын Кожин с некоторыми вещами и товары в государство его шахова величества индейского…»
Второе письмо писано для Индии. Прочтём полностью, чтобы проникнуться тогдашним церемониалом (перепечатываю из книги Н. Непомнящего): «К шаху индейскому Божиею поспешествующею милостию мы, пресветлейший и державнейший великий государь, царь и великий князь Петр Алексеевич, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержец, московский, киевский, владимерский, новгородский, царь казанский, царь астраханский, царь сибирский, государь псковский и великий князь смоленский, тверский, югорский, пермский, вятский, болгарский и иных государь, и великий князь Новагорода Низовские земли, черниговский, резанский, ростовский, ярославский, белоозерский, удорский, обдорский, кондинский и всеа Северный страны повелитель, и государь Иверские земли, карталинских и грузинских царей, и Кабардинские земли, черкаских и горских князей и иных многих государств и земель восточных и западных и северных отчич, и дедич, и наследник, и государь и обладатель, велеможнейшему великому государю высокопрестольному шаху Шауалем, вашему величеству индейскому восточныя страны повелителю, наше царского величества любительное поздравление».
Далее – главное: «Понеже мы, великий государь наше царское величество, за потребно разсудя, послали в государство ваше, великого государя вашего шахова величества, купчину Александра Иванова сына Кожина, дав ему из нашей казны несколько потребных товаров и велели ему те товары в государстве вашего шахова величества продав, также и купить тамо потребных индейских товаров. Сего ради мы, великий государь наше царское величество, вас, великого государя ваше шахово величество, просим: да благоволите того купчину нашего к себе допустить, и сию нашу грамоту у него приняв, показать к нему вашу милость, и повелеть ему посланные с ним товары в государстве вашего величества продать, и тамошних товаров купить повольно и безпошлинно. И по отправлении того паки к нам с милостию отпустить и в пути по чину ево тако ж де надлежащую иметь и
